Ф. Квинт: "Я играю на скрипках Страдивари уже очень много лет" 04.11.2014

Ф. Квинт: "Я играю на скрипках Страдивари уже очень много лет" 04.11.2014

Интервью с Филиппом Квинтом от 04 ноября 2014

Манугевич П.: - Это радио «Вера» на волне 96 и 1 FM. И обещанная беседа с известным американским скрипачом Филиппом Квинтой. Согласно семейной легенде далекий предок Филиппа был итальянским офицером по  фамилии Квинто, занесенным в Россию наполеоновской кампанией. Раненного в бою, его выходила еврейская девушка, на которой он и женился. Так или не так, но Филиппу часто говорят, что он похож на молодого Аль Пачино, другим кажется скорее на Энди Гарсиа. Но американский режиссер Девид Грубин, обладатель многих «Эмми» и  Певоди (01:02:23) увидел в нем героя своего фильма, молодого талантливого скрипача Сашу, эмигранта из России, поступившего в Джульярдскую школу и выбравшего свою дорогу, непонятную его близким, в новой для него нью-йоркской действительности. Фильм, он называется «Даунтаун экспресс», вышел на экраны несколько лет назад. В нем и принял участие Филипп Квинт. В чем-то  фильм удивительно близок к истории самого Филиппа, который  приехал в США подростком после центральной музыкальной школы и занятий с Андреем Корсаковым. Поступивший в Джульярд к прославленной Дороти Делэй, на этом, правда, сходство заканчивается с героем фильма, Филипп продолжает с большим успехом  карьеру классического скрипача, которая привела его к записям на престижной фирме, к двум номинациям на «Гремми», интенсивным гастролям по всему миру, работе со всемирно известными дирижерами. Возможно, я всего даже не знаю, но, тем не менее, Филипп сейчас с нами на связи, и он ответит на наши вопросы. Филипп, здравствуйте.

Квинт Ф.: - Здравствуйте.

Манугевич П.: - Очень приятно слышать ваш  голос. Скажите, каково родиться в известной семье и самому добиться успеха, не прибегая особо к помощи и связям родителей?

Квинт Ф.: - Я  думаю, что в нашей семье это просто было принято с раннего возраста бороться самому за себя. Я на самом деле рос с дедушкой, бабушкой, потому что мама как раз именно была очень занята карьерой своей и, как вы понимаете, ей, наверное, все-таки было тяжело особенно в те советские времена вот в таком раннем возрасте выбраться и стать одним из самых известных популярных композиторов теперь России. А я в тот момент просто занимался на скрипке очень много часов. На самом деле идея дедушки с бабушкой была, чтобы у нас получилось семейное трио, потому что дядя Миша играл на виолончели, мама играла на рояле в тот момент еще по-прежнему, а мне, естественно, вот выдалась скрипка. И хотя, конечно, трио никогда не получилось, но вот я продолжил, естественно, игру на скрипке, и я должен сказать, что у меня переломный момент был, это когда  мне было лет 13, когда я действительно влюбился в скрипку и понял, что именно это будет мое будущее.

Манугевич П.: - Но изначально скрипка – это был не ваш выбор? Это то, что, как вы говорите, вам пришлось играть на скрипке вначале?квинт филипп.jpg

Квинт Ф.: - Я даже скажу, я на самом деле помню тот день, когда бабушка мне принесла эту маленькую скрипочку. Мне было 4 года, я был в полной уверенности, что это будет новая игрушка, с которой я поиграюсь, сломаю, и мне дадут какую-то новую игрушку. Но естественно, у бабушки с дедушкой были намного более большие планы, чем просто мне попробовать дать какой-то инструмент. Они именно хотели, чтобы я уже в том возрасте развивал карьеру скрипача. И где-то уже через 5 лет, я даже сыграл, я помню, свой первый концерт с оркестром.

Манугевич П.: - Филипп, а как же так произошло, что вы в благополучной семье в России живете, у вас все возможности для  реализации себя, но вы выбираете переезд в другую страну, за океан, в Америку?

Квинт Ф.: - Да, вы знаете, на самом деле переезд у меня был связан  с некоторыми событиями в жизни. Дело в том, что в 91-ом году ушел из жизни мой педагог великолепный русский советский скрипач Андрей Корсаков в возрасте 44 лет. Это для меня было громадным-громадным шоком. И в тот же год, если не ошибаюсь, я присутствовал на концерте скрипача Исаака Перельмана, у которого был тур. Может быть, это был 90-ый год даже, когда Перельман приехал. Я был на его концертах и в Ленинграде, в Петербурге, и  в Москве. И вот в его биографии было написано, что он занимался с педагогом по имени Дороти Делэй в Джульярдской школе. Я был очень заинтересован, если Дороти Делэй по-прежнему жива, и оказалось,  что это так и она по-прежнему преподает. И мою кассету кто-то передал Дороти Делэй, которая меня, собственно, пригласила в Нью-Йорк на прослушивание. Так как, естественно, в России тогда были очень трудные времена, 90-ый – 91-ый год, как раз развал, и мы просто все  семейно приняли решение, что надо попробовать, попытать счастья в Нью-Йорке в Америке, и посмотрим, что будет. Я приехал на прослушивание, она меня пригласила сделать  еще 2 прослушивания фестиваль (01:07:33)и в Джульярд в сентябре, куда я поступил, мне дали полную стипендию. И собственно, с этого момента и началось мое шествие в Америке.

Манугевич П.: - Кстати, потрясающее шествие. Вы полностью  разбиваете стереотип, который существует, о том, что, особенно это на территории бывшего Союза, особенно в России, когда говорят, что невозможно добиться успеха за океаном, что родившиеся в России должны оставаться на родине, поскольку там за океаном они будут людьми второго сорта и так далее. Вы же являетесь музыкантом с мировым именем, в первом ряду, вы часто гастролируете по всему миру и даже в Википедии, например, на английском языке о вас гораздо больше, чем в Википедии на русском языке. Вы, я так понимаю, больше времени проводите в Америке, у вас американский паспорт, и вы редко бываете в Москве?

Квинт Ф.: - Это, действительно, правда. А по поводу того, где может состояться музыкант, это, на самом деле, все зависит от разных ситуаций. Может быть, в чем-то это счастье, где-то кому-то больше как-то везет. Но для меня это, на самом деле, была просто грандиозная работа. Очень много было и падений, и восходов, и так далее. И просто, ну, что? Самое главное – просто не сдаваться для меня. Так что вне зависимости от того, в какой стране мы живем, музыка – это, естественно, это, может и клише, но это универсальный язык, поэтому и особенно для классических музыкантов, которым, мне кажется, чуть-чуть легче найти себя в разных странах мира. Я думаю, что это, на самом деле, все зависит от разных путей.

Манугевич П.: - Очень много вопросов к нам поступает по поводу вашей мамы. Вы часто общаетесь с Лорой Квинт, и чем она сейчас занимается?

лора квинт.jpgКвинт Ф.: - Лора Квинт, да, действительно, моя мама. Она по-прежнему продолжает свою деятельность, она пишет очень много музыки для самых различных артистов. Недавно у нее вышел диск с актером Максимом Авериным, называется «Многоточие». Также я летал в Москву на премьеру ее последнего мюзикла, который назывался «Я – Эдмод Дантес», где в главной роли был Дмитрий Певцов. Вот так что она очень бурную, продолжает бурную творческую деятельность. И я с ней общаюсь практически каждый день. Слава Богу, есть скайп, слава Богу, есть Фейс Тайм. Моя мама наконец-то научилась нажимать на  правильные кнопки на компьютере, так что у нас теперь очень близкая и постоянная связь.

Манугевич П.: - У вас в списке, вас номинировали на «Гремми», очень на многие эвольцы, да, многие награды. А вот недавно прошло сообщение о том, что в (01:10:32) это в номинации «Исполнитель музыки года» вы лидируете и человеком года назовут именно имя Филиппа Квинты, как лучшего исполнителя музыки среди всех тех, кто говорит на русском языке в Северной Америке. Я понимаю, что это не «Гремми», это не «Оскар», но вот каково было принять это известие?

Квинт Ф.: - Всегда приятно, когда кто-то интересуется вашей работой, вашей деятельностью. Вы знаете, конечно, в молодые годы особенно было приятно, когда получалось какой-то приз. Особенно, когда мне в 21 год сказали, что мой первый самый коммерческий диск номинирован на премию «Гремми, конечно я прыгал до потолка, не понимая, как это могло произойти. Второй раз, когда номинировали, уже было немножко меньше, а сейчас, вы знаете, я просто немножко другим занят, чем вот думаю, как бы мне получить какой-либо приз. А очень много работы, постоянно каждую неделю нахожусь с каким-то другим оркестром, с разным репертуаром, думаю об интересных проектах. И вот когда я узнал про номинации на  «Человека года», конечно, было безумно приятно. Я понимаю, что это какой-то новый приз, так что это такое дитя, которое мы все узнаем, что это такое 23 ноября, хотя я тоже буду с концертами в городе Кембридж. Да, я очень рад этой номинации.

Манугевич П.: - А мы очень ревностно отнеслись к жителям Сиэтла. Вот у вас на сайте написано о том, что вы выступали недавно с симфоническим оркестром Сиэтла. Это правильно?

Квинт Ф.: - Да.

Манугевич П.: - А вот до Ванкувера вы как-то вот добирались или вы в Ванкувере не были ни разу?

Квинт Ф.: - В Ванкувере я не был ни разу, и как раз я буду там через 3 недели, у меня дебют с вашим симфоническим оркестром.

Манугевич П.: - У нас есть к вам вопрос, причем вопрос от еще одного продюсера радио «Вера» Александры Герсон. Саш, доброе утро. Саша?

Герсон А.: - Да.

Манугевич П.: - Доброе утро.

Герсон А.: - Доброе утро, Паша, доброе утро все, и конечно, доброе утро, Филипп. Это Александра Герсон. Мы с вами познакомились в Нью-Йорке, я была на вашем концерте. Меня пригласила Марина Ковалева.

Квинт Ф.: - Да, да, конечно, я вас помню.

Герсон А.: - И я не помню, какие впечатления у меня были от концерта, я вас для себя открыла, потому что вашу маму я открыла для себя очень давно, когда еще жила в Советском Союзе, а вот вас тогда, такую звездочку-звезду, и конечно же  полна впечатлений. Если бы не Марина Ковалева, которая, кстати, является организатором «Человек года», то я бы, наверное, с вами никогда бы и не познакомилась и мне бы, наверное, в жизни меньше повезло. Филипп, я вот что хочу спросить. Мы с вами оказались, это для меня большая честь, практически на одной сцене, я имею в виду 23 ноября, номинация «Человек года», мы в одной категории, наше радио, а вы совершенно в другой. И тем не менее, есть понятие такое «горжусь знакомством», а я горжусь тем, что рядышком окажусь с вами  23 числа. Вот только что Павел спросил, были ли вы когда-нибудь в Ванкувере, и это был мой вопрос. И мы хотели бы очень, чтобы вы приехали, но как раз вы приезжаете. Что это будет за концерт, Филипп?

Квинт Ф.: - Это мой дебют с Ванкуверским симфоническим оркестром. Я буду исполнять 4-ый концерт Моцарта с очень хорошим дирижером Джемс Гаффиган, и даже впервые буду писать для этого концерта свои каденции.

Герсон А.: - Можно ли будет каким-то образом, концерт какого числа, Филипп?

Квинт Ф.: - Вы знаете, я  не совсем помню, по-моему, 27 и 29.

Герсон А.: - То есть это уже будет.

Квинт Ф.: - Я помню, что у меня будет один свободный день, чтобы посмотреть ванкуверские достопримечательности. Мне всегда говорят, что  это просто столица самой потрясающей еды, а я вот как раз себя считаю, есть такое американское слово (01:15:02), я как раз именно фури.

Герсон А.: - Филипп, вы понимаете, что мы ангажируем вас на этот день, потому что лучше чем вам покажем Ванкувер мы, вряд ли кому удастся, тем более кое-кто из нас имеет экскурсовода. Поэтому это будет большое удовольствие прежде всего для нас и, наверное, немножко для вас.

Квинт Ф.: - Конечно, конечно.

Манугевич П.: - Кстати, Филипп, вы будете выступать 29 ноября, это в субботу в Орфеум (Orpheum Theatre) и 1 декабря в понедельник также в Орфеум( Orpheum Theatre). Это вот я смотрю на сайт.

Квинт Ф.: - Прекрасно, теперь я знаю, когда.

Манугевич П.: - Ванкуверского симфонического оркестра, и вот такие даты. Скажите, я слышал, и для меня стало сюрпризом то, что вы являетесь и одним из учредителей, основателей, руководителей музыкального фестиваля в Мехико-Сити. Как вас туда занесло?

Квинт Ф.: - Занесло тоже совершенно случайно. Много лет  назад один из известных американских скрипачей не смог по какой-то причине приехать сыграть концерт Уильяма Шумана, и мне в мое агентство позвонили – не знаю ли я этот концерт? Я не был даже в курсе, что есть такой композитор Уильям Шуман. Естественно, я думал, что, наверное, это брат Роберта, но это оказался очень современный тяжелейший концерт. У меня было ровно 3 недели, чтобы его выучить, что я, собственно, и сделал. Приехал в Мексику, и вот это положило начало какое-то основание очень позитивной встречи публики. И меня стали в Мексику приглашать практически каждый год с того момента. И в Мексике, я был удивлен, не было особого развития камерной музыки. То есть существовали какие-то группы, там и сям квартеты и какие-то маленькие фестивали, которые не находились с Мехико-Сити. А я решил, что вот может, попробовать имеет смысл сделать какой-то именно фестиваль, где можно делать и лекции, и презентацию фильмов, и какие-то выставки инструментов, и художников, и так далее. И вот после каких-то лет мне действительно удалось это сделать, и это было очень успешно и очень приятно. Я уже много лет приглашаю своих каких-то коллег, с которыми я очень люблю работать и общаться. И в течение двух недель каждую весну мы встречаемся именно на такие камерные салонные концерты в Мексике.

Манугевич П.: - Вы вспомнили об инструментах, меня затронуло то, что с августа 2010-го года вы играете на скрипке Страдивари, которая была предоставлена обществом скрипка.jpgСтрадивари в Чикаго. Так вот, это для вас является чем-то особенным, эта скрипка, или это просто рекламный трюк для того, чтобы привлечь внимание, пиар-агентство, оно вот как бы решило эту информацию распустить по миру.

Квинт Ф.: - Вы знаете, дело в том, что я играю на скрипках Страдивари уже очень много лет. Я, когда был в Джульярдской школе, после выигрыша Джульярдского конкурса, как раз один из призов было получение коллекционной скрипки Страдивари. Это был мой первый  инструмент. После школы, естественно, мне пришлось это венуть. И вы знаете, для музыкантов очень трудно найти, во-первых, правильный инструмент, а во-вторых, естественно, скрипку Страдивари. Так что к пиару это отношения не имеет, а это имеет отношение  к действительно, качеству инструмента, и это, естественно, это просто грандиозная награда, потому что всего-то в мире буквально 500-600 таких скрипок еще осталось, и в основном они в разных коллекциях. Иногда это какие-то не профессиональные музыканты их имеют. И естественно, еще меньше музыкантов, которые действительно могут позволить себе это приобрести, естественно, из-за сумасшедших цен. Для меня скрипка «Руби» – это, конечно. Она называется «Рубин», потому что есть лак, которым она покрыта, он именно такого же интенсивного цвета, как камень рубин. Поэтому она получила это имя, и, конечно же, для меня скрипки, они немножечко, как машина времени, потому что за столько лет скрипка проходит через столько событий, столько потрясающих музыкантов, например, есть письмо про скрипку эту «Рубин», что на ней в какой-то момент играл сам великий испанский скрипач Пабло де Сарасате. И теперь эта скрипка в моих руках. До меня, кстати, на ней играл великолепный  русский скрипач Вадим Репин. И конечно, вы знаете, на самом деле, музыканты называют скрипки или их инструменты, это вот как брак такой. Так называемый  брак между человеком и его инструментом. Это абсолютно правда, потому что эти скрипки, в них есть какая-то такая потрясающая  энергия, история. И каждый раз я утром открываю футляр, для меня это вот какой-то такой, не знаю, нечто выдающееся, какая-то работа искусства, можно сказать, какое-то чудо света.

Манугевич П.: - Филипп, а 29 ноября и 1 декабря в Ванкувере на сцене Орфеум Сиэтре (Orpheum Theatre) вы будете играть на скрипке Страдивари или нет?

Квинт Ф.: - Конечно, конечно. Эта скрипка всегда со мной.

Манугевич П.: - Я так понимаю, что многие слушатели уже буквально в Интернете покупают билеты на этот концерт. Еще не спросил по поводу «Даунтаун Экспресс». Вы себя почувствовали¸ чувствовать себя актером, голливудской звездой вам приятнее или вы все-таки музыкантом хотели  остаться? Либо вот поступают дальше приглашения на съемки в кино, и вы собираетесь отказаться от карьеры музыканта и переезжаете в Лос-Анджелес?

Квинт Ф.: - Ни в коем случае. Никогда не откажусь от карьеры музыканта. Дело в том, что этот фильм, он был в работе очень-очень много лет. И до того, как он случился, на самом деле, я думал, что он даже уже никогда не произойдет, про него забыл. Но в какой-то момент режиссер фильма Девид Грубин мне позвонил и сказал: «Начинаем съемки». Я вам должен сказать, что я взял этот проект, потому что мне не  надо было делать сумасшедшую театральную трансформацию, все-таки надо было играть скрипача - выходца из России с немножко другим сюжетом, так что мне это было до боли знакомо, как вы можете себе представить. И вся ситуация сценария тоже мне была очень знакома. Естественно, в процессе ознакомления со сценарием и с командой «Даунтаун экспресс» они все больше и больше приписывали в сценарий что-то именно из моей жизни. Мне это все безумно  понравилось. Я должен сказать, процесс съемок был очень-очень интересный. Я нашел грандиозное количество параллелей с музыкой, и очень часто даже в интервью в американских газетах я сравниваю именно  музыку и титр, настолько это похоже. Так что – да, действительно, я получаю предложения, до сих пор я получаю предложения, но на данном  этапе я не нашел какого-то такого проекта, который бы меня особо заинтересовал. Но если действительно будет какое-то интересное предложение, то, конечно, я  не откажусь от каких-то новых съемок, нового кино или нового продукта.

Манугевич П.: - Филипп, это удовольствие – общаться с вами. И все мы с нетерпением ждем вашего появления на сцене Орфеум Сиэтре (Orpheum Theatre), и, конечно же, мы будем следить за церемонией награждения  в номинации «Лучший исполнитель музыки года» (01:23:49)здесь в Северной Америке. Желаем вам удачи, всего самого-самого доброго. И, Филипп, до встречи в Ванкувере.

Квинт Ф.: - Большое спасибо, до встречи в Ванкувере.

Манугевич П.: Дорогие друзья, это был Филипп Александрович Квинт, американский скрипач российского и еврейского происхождения, сын композиторов Лоры Квинт, Александра Журбина. Ему в этом году исполнилось 40 лет, и у него сегодня уже американский паспорт. Общается с родными и с мамой, в частности, он как сказал только что в своем интервью, лишь посредством скайпа и Интернета. Времени не хватает для частых визитов на родину.



Давид ETV ETVnet Сергей Турица Path2wellness